ЕдваЕ4. Король атакует. 2000.05.16. Дом Актера, Киев

20 грн.

Дуже хороший
Афіша
2000
Not On Label (Self-released)
Ukraine
шт.

 

Музыкально-поэтический квартет ЕдваЕ4: Юрий Крыжановский, Настя Одинцова, Глеб Ситько, Женя Кононов

На эстраде шахматы из подвала

Поэзия — не поп-музыка. А на дворе — не 20-е и не 60-е годы ХХ столетия. Народная тропа, только не от народа к поэту, а наоборот, подзаросла. Молодая поэтическая группа «ЕдваЕ4» вновь ее протаптывает, приходя к публике не столько книгами, сколько ногами. И при этом использует хитрости из поп-арсенала.

Два года назад четверка поэтов — Юрий Крыжановский, Глеб Ситько, Евгений Кононов и Анастасия Одинцова повстречалась в экстравагантном киевском заведении «Стойло Пегаса», облюбованном богемой за название, свободную атмосферу, включающую самообслуживание клиентов, и профиль, который можно обозначить так: литературно-поэтический подвал.

Анастасия Одинцова вспоминает свое знакомство с будущими единомышленниками: «Мне ребята объяснили: есть поэзия, а есть бабские стихи. А затем Юра Крыжановский попросил почитать мои произведения. И он меня тут же выгнал... на сцену. С тех пор мы выступаем вместе».

Шахматное название придумали Ситько и Крыжановский. Значение его просто: первый ход. С момента появления имени участники квартета поддерживают шахматную тематику в названиях представлений, например, «Шах вперед», в одежде — предпочитают черную и белую.

В Киеве «ЕдваЕ4» выступали в Доме актера, появляются на клубных подмостках. Однажды даже выступали на партийном съезде. Название партии сохраним в тайне. Политики, как выясняется, не потерянные для общества люди, да к тому же, судя по выбору, близки к народу. Два лета подряд «ЕдваЕ4» ездит дружною толпой в мекку молодых русских поэтов со столетним стажем — Коктебель. Выступали в доме Волошина, литературных кафе, поэтических салонах, где стихам наших земляков внимала эстетствующая московско-питерско-киевская литтусовка.

Для разной публики поэты подбирают разный репертуар. «Кому нужно изящество, кому — порнуха». Мне, признаюсь, повезло на «порнуху». Cамый матерый, в том числе от слова «мат», из четверки — Юрий Крыжановский. Хотя остальные участники «криминально-поэтического» квартета не менее колоритны. За плечами у него, как ни удивительно, филфак, московский литературный институт. Самый опытный и авторитетный из объединения. Прямой испытывающий взгляд, хриплый голос. Крыжановского лучше всего наречь литературным панком. «Я себя отношу к контркультуре, — говорит Юрий. — Только не надо воспринимать этот термин как отрицание культуры». Юра несказанно радуется, когда позволяют почитать «вольные стихи». А частенько просят умерить пыл. Тем не менее с его вызывающим творчеством знакомы в трех столицах: Москве, Петербурге и Киеве. Его стихи не раз публиковались в периодике.

Вот один невинный образец его творчества:

«Что поделать — разбит наш полк

Наш полковник — дегенерат

Человек человеку — волк,

А не друг товарищ и брат

Он, конечно, тупой жлоб

Говорил я ему — м***дак,

Не прошла ни одна в лоб

Из бездарных твоих атак

Он не верит своим глазам,

И ничто не возьмет в толк

Ведь полковник этот — я сам

Что поделать — разбит полк».

С другими «откровениями», которые я слышал, эти строчки можно сравнить разве что как цветочки с ягодками. Порой героями его творений выступают государственные мужи (имена не называются), воплощающие в себе однозначно негативные образы. Строчки о власть имущих навеяны не только литературной фантазией поэта, но и опытом общения с нелюбимым им истеблишментом, причем как с украинским, так и российским. Крыжановский пять лет прожил в Москве. Нынче Юра — просто поэт, подрабатывающий в строительном деле.

Мне его хлесткая поэтическая манера симпатичнее всех. Крыжановский задирается не только в стихах, но и между ними. Он единственный из группы, кто не упустит возможности призвать аудиторию, как вам ни покажется странным, к приличию. В резкой форме требует тишины. «Ненавижу, когда люди под стихи жуют!» — признается поэт. Другие участники демонстрируют максимальную лояльность к публике: «Любая публика хороша. Мы бы и для одного человека читали. Главное, чтобы этот человек был, и ему было бы интересно!»

Неоднократно издавался Глеб Ситько. Статный молодой человек с длинными вьющимися светло-русыми волосами и такой же бородой, в подпоясанной белой рубашке в старорусском стиле. Находчив в рифмах, легок в обращении со словами, красиво использует аллитерацию:

«Пускай, как в пироги,

Нас завернут в пироги,

Исчезнут носороги

За рогом у реки

А поутру меня

Положат други в дроги

И вспыхнет быстрый logos

С легка моей руки».

Глеб, тоже воспитанник филфака, тяготеет к духовному. В этом году в брошюре «Православие и культура» вышла его пьеса по мотивам евангельской притчи о блудном сыне. Забавно, что при этом книгу Ситько иллюстрировал черный маг. Видный Глеб работает в качестве модели.

Анастасия Одинцова печаталась в поэтических сборниках. А специализируется в первую очередь на сказках. «Это самые настоящие традиционные сказки: с моралью, хеппи-эндом. Они, может, позамысловатее, чем «Колобок», но никакого ярлыка, например, «современные», на них не навесишь». Их она хочет выпустить в качестве первой своей книги. «Это самое дорогое, что у меня есть», — признается молодая литераторша. Ее поэзию с удовольствием публикуют интернет-сайты Ордена куртуазных маньеристов. (Глава этого неформального литобъединения — Вадим Степанцов, лидер культовой московской рок-группы «Бахыт-Компот». В него входят известные поэты, к которым не равнодушна российская эстрада, например, Быков, Григорьев.) Одинцову приняли в орден послушницей.

Послушайте, очень куртуазно:

«Потеряв всякий стыд от волнения,

Я тебя ублажала изысканно:

Отдавала тебе вдохновение,

Называла себя твоей кискою,

Говорила слова откровенные,

Угощала объятьями жаркими.

Ты привычно молчал (вдохновенно так!)

И менялся со мною подарками».

Невзирая на лестное внимание со стороны экстравагантных москвичей, в какими-то рамками Настя ограничивать себя не хочет. Другое увлечение Одинцовой, оно же — заработок — музыка в стиле неоромантик. Настя проводит клубные вечеринки в качестве ведущей и диск-жокея, аккумулируя поклонников этого мрачного направления современной музыки.

Евгений Кононов — бард. Человек с акустической гитарой. Под простые аккорды: «Ты на себя посмотри, твои стихи смешны!» Уж не коллегам ли по музе адресованы они? Евгений сторонится бардовских сборищ, признавая одно объединение — «ЕдваЕ4». Кононов в свободное от сочинительства и исполнительства время охраняет порядок. Однако привлекать соратника Юру за нецензурщину ни разу не грозил. Мало того, сам конфликтовал с милицией на почве «творческих разногласий».

Как вы заметили, Юрий, Глеб, Евгений и Настя отнюдь не придерживаются единого поэтического направления. «Каждый пишет, как он дышит». Как-то молодые киевские поэты намеревались устроить чтения в стиле фарс. Каждого участника отнесли к разным литературным течениям начала ХХ века. Одинцова, например, получилась футуристкой. Ситько — символистом.

Союз зиждется на двух вещах. Одна из них — человеческая гармония. Совместных произведений у участников «ЕдваЕ4» нет. Зато им нравится творчество друг друга, они доверяют друг другу как авторы. Если у кого-то появились новые сочинения, команда не станет устраивать худсовет. Публика услышит новые стихи без предварительного утверждения.

Вторая основа союза — расчет. Эксцентричные поэты утверждают, что используют модель поп-группы «Спайс гелз». Объединяя не объединимое, «ЕдваЕ4» полагается на то, что кто-нибудь из поэтов да понравится аудитории. Учитывая, что компания ориентирована именно на живые выступления и называет свое творчество эстрадной поэзией, почему бы и не использовать приемы шоу-бизнеса?

Кстати, в ближайших планах «ЕдваЕ4» обогатить палитру за счет музыки. Четверка намерена сделать барда из Насти, к восторгу девушки: «Я действительно пою и музицирую. Просто до сих пор не было оформленной музыкальной программы». В конце концов квартет хочет превратить свои выступления в выстроенное шоу. При этом обогащать группу певцами и танцорами со стороны участники не собираются: «Мы сами — кладези талантов». Например, Настя, как оказалось, была призером международного конкурса бальных танцев.

Вот такие шахматные фигуры: маньеристка-сказочница-диск-жокей, одухотворенный символист-модель, поэт-анархист и бард-охранник. Глядишь, и в хит-парады попадут. Лишь бы не в кутузку.

Эксцентричные поэты утверждают, что используют модель поп-группы «Спайс гелз»

© Сергей Волохов

 

 

Комментарі